Мамисонское ущелье производит неизгладимое впечатление. Пока еще совсем безлюдное в плане туризма. Уже совсем безлюдное относительно местных жителей. Посмотреть его за один день и увидеть все просто невозможно. Оно впитало в себя все прекрасное, что есть в Осетии: природу, реки, минеральные источники и архитектуру… много разных памятников, которые проглядывают то тут, то там. Разбирая фотографии и воспоминания, могу с уверенностью сказать, что не смогу показать и четверти селений, башен и просто интересных мест, которые встречались на пути.
Селения Мамисонского ущелья являлись общиной Туальского (Туалгомского) общества. Начну я свой рассказ со столицы Мамисонского ущелья — селения Тиб, одного из самых старых, крупных и многофамильных населенных пунктов в этой местности. К нему примыкает нескольких отселков – Верхний Тиб, Уелта, Боцита, Уанта, Тимцна. Мне довелось увидеть, пожалуй самый интересный из них. В широкой и плоской долине, сохранился комплекс состоящий из 2-х боевых башен различной степени сохранности и многочисленных жилых и хозяйственных построек, представляющий собой отслеок Боцита фамилии Боциевых.
В средние века Алагирское общество состояло из 6 более мелких: Уаллагирское (Уаллагкомское), Архонское, Мизурское, Садонское, Нузальское и Цейское. Каждое из них состояло из 5-8 небольших, но многофамильных селений. Первое из них размещалось недалеко от входа в Алагирское ущелье на правой стороне, в огромной котловине вдали от р. Ардон. От селения Зинцар к востоку отходит Урсдонское ущелье, где находятся селения Инджинта, Цамад, Дагом, Урсдон и Донисар, которые и составляли Уаллагирское общество. Название ущелья состоит из осетинских слов «урс» — белый, чистый и «дон» — река, вода. Это самое маленькое ущелье Осетии, сейчас в нем совершенно безлюдно, в каждом селении осталось буквально несколько жилых дворов, но в средние века оно являлось важным элементом в осетинском обществе.
Тагаурское общество занимало ущелья рек Гизельдона (Даргавская долина и Кобанское ущелье), Ганалдона (Санибанское ущелье) и Терека (Дарьяльское ущелье). Тагаурское общество сложилось как политический союз крупной Тагаурской гражданской общины и нескольких небольших самостоятельных общин-селений. Независимыми общинами были селения Ганал, Джимара, Хуссар-Ламардон и Цагат-Ламардон. Тагаурия отличалась от Алагирского и Куртатинского ущелий более мягким климатом. У тагаурцев было больше земли, удобной для земледелия и скотоводства. Поэтому хозяйственное и общественное развитие у них шло быстрее.
Теперь переберемся на соседний берег реки Фиагдон. Непосредственно напротив Урикау расположено селение Лац, которое являлось отдельной небольшой общиной и считается одним из древнейших поселений Куртатинского ущелья. А немного выше по течению реки расположено другое селение — Хидикус, которое относится к Цимитинской общине и ныне известно благодаря самому высокогорному монастырю на территории России.

Несколько слов об формах организации Осетин. После татаро-монгольского нашествия, в высокогорных ущельях и долинах сложились осетинские общества. Расчлененность рельефа, затрудняла общение между людьми, и это сказывалось на быте и нравах, даже в языке населения, хотя говорить о полной изоляции не стоит. Общество — форма организации, обладающая самоуправлением в виде народного собрания (ныхас). В Куртатинском ущелье располагалось соответственно Куртатинское общество, которое в свою очередь являлось союзом нескольких гражданских общин, крупнейшие из которых Куртатинская и Цимитинская.

Продвигаясь от селения Дзивгис вглубь ущелья попадаем непосредственно в Фиагдонскую котловину. С востока замковый комплекс, который сейчас называют просто башней Курта и Тага является частью практически полностью разрушенного селения Уалассых защищает перевал в ущелье реки Гизельдон. С запада в селении Гули расположено еще одно пещерное укрепление, а непосредственно в самой котловине расположено большое селение Даллагкау с множеством фамильных башен и склепов.
Куртатинское общество обладало цельной оборонительной системой, которая состояла из отдельных автономных сооружений вдоль всего ущелья от Комдагъал, на входе в ущелье, до заградительной стены в Хилаке. Получив сигнал тревоги со стороны степи, куртатинцы отступали к Хилакской стене, а все боеспособные мужчины выступали на помощь дозорным в Комдагъал. Если угроза нависала со стороны Хилака, население стягивалось к Дзивгису. Этим оба укрепления превращались в двойное препятствие для противника – с какой бы стороны он ни осаждал ущелье, ему пришлось бы преодолеть не только оборону этих цитаделей, но и башенных систем поселений вверх по ущелью, чтобы овладеть вывезенным из ущелья имуществом.
Вокруг села Верхняя Балкария разбросан целый комплекс различных построек. Оборонительные сооружения этого района представляют собою строго продуманную и завершенную систему укреплений, а не случайно разрозненные башни, как это может показаться на первый взгляд. Умелое размещение их делало аулы долины хорошо защищенными, а сами башни и крепости почти недоступными.
В начале Столетней войны король Франции Иоанн II Добрый начал строительство донжона в Венсенском лесу на месте королевского охотничьего дома. Укрепление закончил его сын Карл V Мудрый в 1370 году. Крепость представляла собой стену с 9 оборонительными башнями, построенную вокруг донжона и поместья. В силу своей достаточно специфичной конструкции Венсен нельзя назвать замком или крепостью, это укрепленная королевская резиденция, которая служила французским монархам вплоть до переезда резиденции в Версаль в 1682 году.
Чегемское ущелье не так богато на архитектурные памятники, как два других, но зато то каменное зодчество, которое сохранилось, является уникальным для этих мест. Прежде всего речь идет о типично сванской башне Балкауровых и очень интересном могильном комплексе с уникальными для Кавказа многогранными склепами.
Башня Балкаруковых отличается от всех других Балкарских башен. По своему архитектурному стилю она полностью повторяет башни Сванетии и является единственной в таком роде на северном склоне Кавказа.