Этот пост я хотел бы посвятить не совсем «моей» теме. С религией и религиозными сооружениями у меня отношения не очень складываются. Тем не менее, понять мир, в котором жил средневековый горец, невозможно, если немного не погрузиться в хитросплетения различных религий на территории Кавказа. Да и рассказ об архитектуре того времени будет совсем не полным, если вынести за рамки святилища и некрополи, поскольку склеп для ингуша — это та же башня, только в другом мире.

Языческая вера вайнахов, как и многие другие факторы их жизни, определялась прежде всего теми сложными условиями, в которых они жили. Оползни, камнепады, землетрясения, разливы рек и десятки других опасных неожиданностей всегда подстерегают горца. Невольно будешь искать помощи у любых сил. И к средним векам люди «заселили» свои горы богами, духами, душами предков, которые помогали верить, надеяться и жить в таких суровых условиях.

Дэла (Диела, Дяла) — главное божество вайнахов. Оно было человекоподобно и обитало на небесах. Дэла создал человека,— одной рукой, обращенной к востоку, он дал жизнь мужчине, а другой, указывающей на запад,— женщине и предрек им быть супругами. К Дэла обращались с самыми большими просьбами. Другое божество — Мят-Сели (Мятцил) — покровитель земледелия — приносил в дом общее благополучие. Это божество считалось сильным, к нему обращались за помощью не только вайнахи, но и осетины. Способствовало плодородию еще одно божество — Галь-Ерды. Это скорее дух, его образ не имел определенных очертаний и являлся в основном патроном ингушского народа. Особенно популярна в народе богиня плодородия Тушоли. Еще можно назвать военное божество — Молыз-Ерды, и покровителя зверей — Елта.

Наиболее простым видом святилищ являются столпообразные четырехугольные колонны — тумбы с нишами, обращенными к югу. Их называют — сиелинг. Гид рассказывал, что такое название происходит от имени божества неба, молнии и грома — Сиели, а сиелинг — это маленький Сиели. Такие святилища сооружались на окраине селения. Они встречали путников и провожали их в дальнюю дорогу. Часто их ставили в то место, куда ударила молния. Своими глазами мне удалось увидеть лишь одно святилище у дороги, недалеко от селения Ний. Оно расположено на большом камне. В нише стрельчатой формы молящиеся ставили свечи.

Над селением Эрзи расположено два сиелинга, до них я так и не добрался, просто потому, что в первый день не знал об их существовании. Еще один сиелинг находится в Эгикале, но его мы так и не нашли из-за высокой травы. Фото этих святилищ я взял из книги Батыра Мальсагова «В стране башен и легенд». Сиелинги могут быть разной формы — с нишами и без них, в виде удлиненных прямоугольных столбов и даже крестообразного сечения. Возле сиелингов выполнялись различного рода обрядовые церемонии и приносились жертвы.

Но куда же без храмов для своих языческих богов, тут не обойтись без крупных форм. На Столвой горе (Мат-лоам) еще совсем недавно происходили грандиозные моления. Сюда приходили молиться не только ингуши, чеченцы, но и осетины из ближайших селений.

Их привлекали местные храмы-святилища, построенные в XV-XVI веках. К 1925 году одно из святилищ, известное под названием «Сусон-дэла» («Покровитель благородных женщин»), было разрушено. Разрушено и второе святилище — Мятер-дэла (Трон богов), от него остались лишь руины. Некогда оно представляло небольшое здание  с двускатной кровлей в семь ступеней. Над входом было сделано узкое вертикальное отверстие, фасад украшали рога оленей. Внутри святилища имелись ниши, куда возлагались приношения.

Третье святилище можно видеть и сейчас. Оно называется Мят-Сели, что означает «Место святилищ». Своей формой здание храма напоминает склеп с двускатной, ступенчатой крышей. Продольные стены слегка наклонены внутрь.

Святилище строго вытянуто с востока на запад. С узких сторон храма устроены два входа. Над дверями устроены узкие световые щели.

Сейчас с западной стороны вход и щель завалены камнями и мусором, выглядит весьма удручающе.

Внутри святилище перекрыто сводом, конструкция которого очень интересна: камни противоположных сторон приострены и, слегка нависая над предыдущими рядами кладки, постепенно смыкаются. Помещение разделено аркой на две части, в стенах сделаны жертвенные ниши. Увы, сейчас внутри святилища какие-то «доброжелатели» «облагородили» территорию, поставили столы и стулья, оставили за собой мусор.

Это небольшое святилище может служить определенным образцом архитектуры ингушских святилищ, разница между которыми заключалась лишь в деталях интерьера. Несмотря на все те нюансы, которые сильно нарушают аутентичность постройки, место обладает совершенно бешеной энергетикой. Тут ты понимаешь все величие ветра, гор, неба, всего мира, а энергетика места делает человека мелкой крупинкой мироздания. Конечно, сюда здорово ходить в два дня, с ночевкой на горе, чтобы встретить рассвет и полежать над звездным небом.

Ученый археолог В. Ф. Миллер, побывав в Ингушетии в 1886 году, так описывает моления, происходившие у подобных храмов: «В известное время, преимущественно летом, семьи, составляющие одно общество, варят пиво, приготавливают в большом количестве треугольные небольшие лепешки, выбирают баранов и отправляются оправлять праздник к своей родной святыне. Во главе процессии идет старик, одетый обязательно в белую одежду. В руках он держит шест с колокольчиком и белым знаменем. За ним идут женщины, которые поют особый припев „уоллай“. Процессия обходит святыню, причем некоторые ставят в известном месте зажженные восковые свечи. Кланяясь святому месту… обязательно снимают о головы папаху. Перед началом пиршества старики произносят молитвы, в которых просят бога об урожае полей, приплоде скота и всяком благоденствии. Торжество кончается пирушкой, продолжающейся до поздней ночи. Места для сидения возле святилищ были строго распределены между жителями различных селений. И жрец совершая молитву для жителей каждого селения отдельно. Внутрь святилища обычно имел право заходить только жрец. В святилище хранились предметы, необходимые для жертвенных пиршеств: посуда, котлы, вертела.»

В X-XII веках усиливается проповедь христианства среди народов северо-восточной части Кавказа. Проповедь исходила со стороны Грузии, которая к этому времени представляла собой значительное государство. Миссионеры несли в горы не только устную проповедь христианства, распространяли церковные книги и Евангелие, но и стремились воздвигать церкви. Ярким примером такого храма является Тхаба-Ерды. Время возникновения храма точно не установлено. По мнению ученых, возник он где-то в период IX-XI веков. Однако, за более чем тысячелетнюю историю храма он многократно реконструировался и видоизменялся, последний строительный период датируется XV-XVI веком. Этим во многом можно объяснить противоречивость и загадочность его элементов. Дополнительной неразберихи добавляет не всегда качественная реставрация последних 50 лет.

Вдоль западного фасада храма установлена ограда (видна перед храмом на фото выше), на которой высечено множество крестов, а вход оформлен в виде крестообразных колонн. Ограда относится к одному из ранних строительных периодов. За оградой расположен главный вход в храм.

 

Здание храма представляет собой постройку со скрытой в ее объемах алтарной частью (апсида не выступает наружу в виде полукружия, что характерно для византийских и русских построек). Помещение храма разделено тремя высокими остроконечными арками на четыре части: притвор, внутренний притвор, трапезную и алтарь. Ныне храм имеет двухскатную кровлю, хотя изнутри заметны следы четырех куполов, а были ли они вынесены наружу неизвестно.

Тхаба-Ерды щедро украшен резным декором в виде карнизов, бордюров и других деталей, выполненных искусным мастером по мягкому известковому конгломерату. Интересно, что карнизы с каждой стороны украшены разным узором.

 

 

Особенно красив барельефный фриз на западном фасаде храма, где в центре треугольной композиции, обрамленной выпуклым валиком, изображен сидящий человек. Над его головой модель церкви. Это ктитор — основатель храма, который субсидировал строительство. По обе стороны от ктитора две стоящие фигуры: одна в одежде священника, другая с крестом и мечом. Вверху, несколько сбоку над ктитором, была высечена десница со строительным угольником. Над фризом имелось еще три барельефа с ангелами, простирающими руки к описанной сцене. К сожалению, камни с резьбой сохранились лишь частично.

 

Над окном в алтарной (восточной) части храма расположен еще один барельеф, где изображены 3 человеческих фигуры и очертания какого-то зверя.

Вообще, храм содержит в себе еще много загадок. Вот, например, на том же восточном фасаде расположен неприметный камень с интересным узором. Что это ? Просто случайный рельеф или образ человека, испытавшего ужас?

А вот, например, камень скрывавшийся под травой в основании храма, его нам показал Батыр. Согласитесь, странная символика для православного храма.

Если обойти храм со всех сторон, то можно увидеть отдельные кронштейны и камни с барельефами в виде людей и животных. Имеется здесь и типично местный петроглиф в виде всадника (на фото карниза северной стороны).

Барельефы, изображающие животных, соседствуют с людскими бюстами, возможно это образы святых.

Южный вход в храм перекрыт изящной аркой, над которой расположены камни с барельефами барса и святого. Первоначально вход украшали резные колонны с аркой, расположенные на двух постаментах. На одном из них высечено сердце (приводил фото выше), на другом — кресты.

Вторая церковь, известная под названием Алби-Ерды, расположенная в этом же районе, немногим отличается от предыдущей. Оба храма относятся к тем очень характерным для средневековой Грузии маленьким церквушкам, что и сейчас стоят на ее путях-дорогах. Видимо, их форма была традиционной для зодчества X-XIII веков. Наличие в них алтарных полукружий не смущало горцев, и церкви успешно служили им в качестве традиционных святилищ. Так, например, храм Тхаба-Ерды уже вскоре после его возведения воспринимался местными жителями как обычное святилище. Здесь собирались жители окрестных селений Эгикал, Таргим, Хамхи и других. Старейшины самых крупных селений занимали четыре отсека в храме и возглавляли моления в честь божества Тхаба (Тхьа) — покровителя всей средней части бассейна реки Ассы. Как и в других святилищах, здесь приносили в жертву скот, а охотники приносили свои трофеи и оставляли стрелы.

Постепенно миссионерская деятельности Грузии начинает ослабевать, финансовые потоки иссякать, и ингуши возвращаются к вере своих предков. Начиная с XVIII века в Ингушетию интенсивно начинает проникать мусульманское вероучение. Вместе с исламом здесь появились арабская письменность и летосчисление. Сначала мусульманство тесно переплетается с местными языческими культами, а затем постепенно вытесняет его. Сейчас не редко можно увидеть картину, когда склеповые могильники соседствуют с мусульманскими захоронениями более позднего периода.

Для вайнахов средневековья характерны некрополи из склепов. Их называют «солнечные могилы» (малх-каш). Известны склепы различных видов — подземные, полуподземные и наземные. Хуже всего изучены подземные постройки, чаще всего по той причине, что входы в них сейчас обнаружить весьма трудно. Внутри склепа устраивались каменные полки, на которые укладывали умерших. С южной или восточной (солнечной) стороны делался лаз — прямоугольное входное отверстие. Его прикрывали каменной плитой, которую при необходимости отваливали.

Фасады полуподземных склепов выступают из горных склонов. Ложно-сводчатое перекрытие в них доведено до самого верха и камни смыкаются, стыки стен образуют прямые углы, а в погребальной камере внутри помещения можно видеть ниши для приношений. В остальном же оба вида кашей (гробниц) схожи — такие же полки и прямоугольный лаз. Внешний декор у полуподземных склепов встречается редко.

Третий вид склепов представлен наземными постройками, которые иногда занимают значительные площади, расположенные на склонах выше поселения, а так как камера разделена на два-три этажа, то лаз на первый этаж устроен у самого подножия, на второй — несколько выше и посередине подъема, а на третий этаж — в верхней части склепа. И получается, что лазы, ведущие в такие склепы, расположены по спирали.

 

Если заглянуть внутрь склепов, то можно увидеть полки с умершими. Они лежат в вытянутом положении, иногда на плетеных носилках или в прямоугольных гробах, а дети в люльках (ага), сделанных из досок и скрепленных шпонками. Склепы использовались в течение столетий. Останки ранее похороненных, чтобы освободить место, складывали на пол.

Возникновение склепов как особого вида усыпальниц часто объясняют малоземельем. Иначе говоря, нехватка удобных площадей для земледелия привела к созданию погребальных сооружений, не занимающих много места. Это не совсем так, если учесть наличие подземных и полуподземных склепов. Вероятно, горцы стремились поместить всех своих предков под крышей одного «общего дома».

 

Расположение склеповых могильников также объясняется желанием живущих на земле обращаться к силе своих предков. Размещение таких захоронений на возвышенности позволяло людям видеть их из любой точки селения.

Удивительно, сколько всего интересного и загадочного переплетено на этом маленьком кусочке горных отрогов, расположенном вдоль бурных рек. Казалось бы, короткий пост о не очень богатых землях, но сколько всего в них скрыто и сколько еще неизведанно. Это сложное сплетение мировых религий и язычества, почитания предков и загробного мира, таинственных символов и ритуалов, все это в одном месте не может не вызывать интерес. Увидеть этот мир изнутри, прочувствовать те изменения, которые в нем происходили с приходом новой религии, прочитать про языческие ритуалы можно в романе «Из тьмы веков» классика ингушской литературы Идриса Базоркина. Очень рекомендую к прочтению, особенно на впечатлениях после посещения Ингушетии.

Источники:
«Каменная летопись страны вайнахов» Азиев, Чахкиев, Марковин.
«В стране башен и легенд» Мальсагов

Еще об Ингушетии.
Путешествие в горную Ингушетию. Общая информация.
Архитектура средневековой Ингушетии. Часть 1. Башенные постройки.
Архитектура средневековой Ингушетии. Часть 3. Селения и замковые комплексы.
Назрановская крепость. Оплот Российской Империи на Северном Кавказе.